Мас­со­вые рас­стре­лы в шко­лах и дру­гих обще­ствен­ных местах — пуга­ю­щая про­бле­ма совре­мен­но­го обще­ства, с кото­рой в послед­ние годы столк­ну­лась и Рос­сия. Осо­бен­но ост­ро она сто­ит в США, где от огне­стрель­но­го ору­жия каж­дый год поги­ба­ют более 30 тысяч чело­век. И хотя жертв мас­со­вых убийств — шутин­гов — сре­ди них мень­шин­ство, имен­но они вновь и вновь дают повод для обще­ствен­ной дис­кус­сии: помо­гут ли запре­ты и огра­ни­че­ния на про­да­жу ору­жия предот­вра­тить такие пре­ступ­ле­ния. «Лента.ру» разо­бра­лась, кто и поче­му ста­но­вит­ся стрел­ком-оди­ноч­кой, како­вы реаль­ные при­чи­ны мас­со­вых рас­стре­лов и поче­му они ста­ли для Аме­ри­ки поли­ти­че­ской проблемой.

Выстрел, пере­за­ряд­ка, выстрел. Ничем не при­ме­ча­тель­ный под­ро­сток пере­ме­ща­ет­ся из клас­са в класс, раз­ря­жая ору­жие, дети пря­чут­ся под пар­ты, поли­ция окру­жа­ет зда­ние — но она при­е­ха­ла слиш­ком позд­но. Убий­ца рас­прав­ля­ет­ся с доса­ждав­ши­ми ему одно­класс­ни­ка­ми и учи­те­ля­ми или про­сто уби­ва­ет всех, кто попа­дет­ся под руку, а затем сво­дит сче­ты с жиз­нью или гиб­нет в пере­стрел­ке с поли­цей­ски­ми. Тако­ва типич­ная кар­ти­на школь­но­го шутинга.

За послед­ние три года подоб­ные тра­ге­дии два­жды потряс­ли Рос­сию: 11 мая это­го года — в Каза­ни и в октяб­ре 2018-го — в Кер­чи. К сожа­ле­нию, в совре­мен­ном мире оди­на­ко­во быст­ро рас­про­стра­ня­ют­ся как пози­тив­ные, так и самые нега­тив­ные трен­ды. Неуди­ви­тель­но, что рос­сий­ские чинов­ни­ки, оза­бо­чен­ные пагуб­ным вли­я­ни­ем интер­не­та на моло­дежь, каж­дый раз вспо­ми­на­ют ана­ло­гич­ные тра­ге­дии в аме­ри­кан­ских шко­лах «Колум­байн» и «Сэн­ди-Хук».

Идеи отно­си­тель­но того, как не допу­стить повто­ре­ния таких пре­ступ­ле­ний, тоже в неко­то­ром смыс­ле интер­на­ци­о­наль­ны: луч­ше кон­тро­ли­ро­вать под­рост­ков, уже­сто­чить пра­ви­ла про­да­жи ору­жия и уси­лить охра­ну школ. Но на аме­ри­кан­ском опы­те вид­но, что такие меры не дают жела­е­мо­го резуль­та­та, — люди про­дол­жа­ют погибать.

Боль­ше пушек, чем людей

Про­бле­ма школь­ных рас­стре­лов в США — часть общей мрач­ной кар­ти­ны воору­жен­но­го наси­лия. В сред­не­ста­ти­сти­че­ский день в стране поги­ба­ют от пуль око­ло 100 чело­век. Для аме­ри­кан­ско­го рези­ден­та веро­ят­ность быть застре­лен­ным при­мер­но в 25 раз выше, чем тот же пока­за­тель для дру­гих раз­ви­тых стран, вклю­чая те из них, где насе­ле­ние тоже сво­бод­но вла­де­ет оружием.

Пер­вый фак­тор, кото­рый дела­ет эту ситу­а­цию воз­мож­ной, — конеч­но, колос­саль­ный арсе­нал огне­стре­ла, нахо­дя­ще­го­ся на руках у аме­ри­кан­ско­го насе­ле­ния. Его доступ­ность гаран­ти­ру­ет зна­ме­ни­тая Вто­рая поправ­ка в аме­ри­кан­скую кон­сти­ту­цию — но мало кто пом­нит, что ее отнюдь не все­гда трак­то­ва­ли имен­но таким способом.

«Посколь­ку хоро­шо орга­ни­зо­ван­ное опол­че­ние необ­хо­ди­мо для без­опас­но­сти сво­бод­но­го госу­дар­ства, пра­во наро­да хра­нить и носить ору­жие не долж­но нару­шать­ся», — гла­сит поправ­ка, при­ня­тая вско­ре после того, как мятеж­ные коло­нии вста­ли под ружье для борь­бы с англий­ской коро­ной. О том, что это авто­ма­ти­че­ски озна­ча­ет сво­бод­ное пра­во на ору­жие — не кол­лек­тив­ное, в рам­ках опол­че­ния, а част­ное, — дого­во­ри­лись толь­ко в кон­це XX века, а окон­ча­тель­но Вер­хов­ный суд утвер­дил такую интер­пре­та­цию толь­ко в 2008 году.

Быв­ший пред­се­да­тель выс­ше­го орга­на судеб­ной систе­мы США Уор­рен Бер­гер назвал это реше­ние «вели­чай­шей махи­на­ци­ей, (…) кото­рую груп­па заин­те­ре­со­ван­ных лиц когда-либо про­во­ра­чи­ва­ла с аме­ри­кан­ской пуб­ли­кой», — счи­та­ет­ся, что на него повли­я­ло ору­жей­ное лоб­би. Так или ина­че, оно утвер­ди­ло суще­ству­ю­щее поло­же­ние вещей.

393
мил­ли­о­на
еди­ниц огне­стрель­но­го ору­жия нахо­ди­лось на руках у аме­ри­кан­цев в 2018 году

Жите­ли США вла­де­ют 46 про­цен­та­ми все­го легаль­но­го ору­жия в мире. На каж­дую сот­ню аме­ри­кан­цев при­хо­дит­ся более 120 ство­лов — на вто­ром месте по это­му пока­за­те­лю нахо­дит­ся Йемен с 58 еди­ни­ца­ми ору­жия. Дру­гие стра­ны зна­чи­тель­но отста­ют: в Кана­де на 100 чело­век око­ло 35 еди­ниц, в Швей­ца­рии — 28, а у фран­цу­зов и нем­цев — все­го по 20.

Такое рас­про­стра­не­ние ору­жия явным обра­зом кор­ре­ли­ру­ет с чис­лом соот­вет­ству­ю­щих смер­тей: с неболь­ши­ми исклю­че­ни­я­ми США опе­ре­жа­ет дру­гие раз­ви­тые стра­ны по чис­лу жиз­ней, уне­сен­ных пуля­ми. Та же зако­но­мер­ность и внут­ри стра­ны: шта­ты с наи­боль­шим коли­че­ством ство­лов на душу насе­ле­ния лиди­ру­ют и по объ­е­му наси­лия с их использованием.

Про­бле­мы внут­ри проблемы

С тем, что у граж­дан Соеди­нен­ных Шта­тов нездо­ро­вые отно­ше­ния с огне­стрель­ным ору­жи­ем, соглас­ны не все аме­ри­кан­цы. Ста­ти­сти­ка пока­зы­ва­ет, что боль­шой про­бле­мой этот вопрос счи­та­ет при­мер­но поло­ви­на взрос­ло­го насе­ле­ния. При этом воору­жен­ное наси­лие и зако­ны, при­зван­ные с ним бороть­ся, — одни из важ­ней­ших вопро­сов, кото­рые рас­ка­лы­ва­ют аме­ри­кан­ское обще­ство: голо­со­ва­ния по нему доволь­но чет­ко сов­па­да­ют с раз­де­ле­ни­ем по поли­ти­че­ским сим­па­ти­ям и демо­гра­фи­че­ским характеристикам.

Так, про­бле­мой гораз­до силь­нее оза­бо­че­ны сто­рон­ни­ки Демо­кра­ти­че­ской пар­тии, жите­ли круп­ных горо­дов и пред­ста­ви­те­ли этни­че­ских мень­шинств — 82 про­цен­та сре­ди чер­но­ко­жих, 58 сре­ди лати­но­аме­ри­кан­цев, 73 сре­ди изби­ра­те­лей-демо­кра­тов. Белые аме­ри­кан­цы из сель­ской мест­но­сти, голо­су­ю­щие за рес­пуб­ли­кан­цев, при­дер­жи­ва­ют­ся про­ти­во­по­лож­ных взглядов.

По тем же лини­ям про­хо­дит рас­кол и во взгля­дах на то, как быть с мас­со­вы­ми рас­стре­ла­ми: до 80 про­цен­тов демо­кра­тов под­дер­жи­ва­ют идею феде­раль­ной базы про­даж все­го огне­стре­ла и высту­па­ют за запрет штур­мо­вых вин­то­вок и мага­зи­нов высо­кой емко­сти. Рес­пуб­ли­кан­цы такое не под­дер­жи­ва­ют: их реше­ние — более сво­бод­ная само­обо­ро­на. 72 про­цен­та из них под­дер­жи­ва­ют ослаб­ле­ние запре­та на скры­тое ноше­ние ору­жия, а 66 про­цен­тов счи­та­ют, что сотруд­ни­кам школ сле­ду­ет раз­ре­шить при­хо­дить на рабо­ту воору­жен­ны­ми. С таки­ми пред­ло­же­ни­я­ми согла­сил­ся бы раз­ве что каж­дый чет­вер­тый демократ.

Пока поли­ти­ки и жур­на­ли­сты спо­рят о том, как избе­жать мас­со­вых чело­ве­че­ских жертв, уче­ные долж­ным обра­зом не зани­ма­ют­ся вопро­сом. В 2017 году иссле­до­ва­ние Аме­ри­кан­ской меди­цин­ской ассо­ци­а­ции пока­за­ло, что воору­жен­ное наси­лие как при­чи­на смер­ти изу­ча­ет­ся недо­ста­точ­но. На соот­вет­ству­ю­щие про­ек­ты с 2004 по 2015 год было выде­ле­но при­мер­но в 20 раз мень­ше средств, чем на иссле­до­ва­ние авто­мо­биль­ных ава­рий, хотя по чис­лу жертв в США они прак­ти­че­ски равны.

Хотя мно­гие вопро­сы оста­ют­ся неяс­ны­ми, дан­ные ука­зы­ва­ют на вполне кон­крет­ные выво­ды, кото­рые мож­но сде­лать по пово­ду «ору­жей­ной» про­бле­мы американцев.

Шутинг шутин­гу рознь

Хотя гром­че все­го раз­го­во­ры о регу­ли­ро­ва­нии ору­жей­но­го рын­ка в США зву­чат после оче­ред­но­го мас­со­во­го рас­стре­ла, на такие пуга­ю­щие слу­чаи при­хо­дит­ся лишь малая часть погиб­ших. Основ­ная мас­са умер­ших от пуль — жерт­вы совсем дру­гих обстоятельств.

Чер­ные жите­ли город­ских квар­та­лов США не про­сто так счи­та­ют ору­жие серьез­ной про­бле­мой. Для них оно — неиз­мен­ный атри­бут кри­ми­наль­ной опас­но­сти. Неза­ви­си­мое иссле­до­ва­ние 2015 года пока­за­ло, что боль­шин­ство инци­ден­тов со стрель­бой в пуб­лич­ном месте — это актив­ность, как-либо свя­зан­ная с бандами.

Хотя чер­но­ко­жие муж­ско­го пола в воз­расте от 15 до 34 лет — это все­го 2 про­цен­та насе­ле­ния стра­ны, имен­но они состав­ля­ли 37 про­цен­тов всех жертв убий­ства с при­ме­не­ни­ем огне­стре­ла за 2019 год

Для белых муж­чин того же воз­рас­та ста­ти­сти­че­ская веро­ят­ность погиб­нуть таким обра­зом в 20 раз мень­ше. Но они cтал­ки­ва­ют­ся с иной про­бле­мой. Более поло­ви­ны всех смер­тей от пуль в США — это суи­ци­ды, и почти три чет­вер­ти таких само­убийц состав­ля­ют имен­но пред­ста­ви­те­ли этни­че­ско­го большинства.

Сто­ит отме­тить, что в целом это самая мас­со­вая при­чи­на гибе­ли людей, свя­зан­ная с ору­жи­ем. Чис­ло само­убийц тако­го рода, в отли­чие от чис­ла жертв убийств, за послед­ние 15 лет не сни­зи­лось, а замет­но воз­рос­ло. И имен­но в этом слу­чае на ста­ти­сти­ку вли­я­ет доступ­ность ору­жия: в тех шта­тах, где достать огне­стрел слож­нее, коли­че­ство таких само­убийств замет­но снижено.

Как решать про­бле­му с наси­ли­ем в бан­дах — вопрос для вла­стей куда более труд­ный. Здесь речь идет о ком­плекс­ных и мно­го­лет­них госу­дар­ствен­ных про­грам­мах, поз­во­ля­ю­щих детям и под­рост­кам избе­жать кри­ми­наль­ной куль­ту­ры, а так­же о либе­ра­ли­за­ции зако­но­да­тель­ства и амни­стии по таким ста­тьям, как хра­не­ние легаль­ной во мно­гих шта­тах марихуаны.

Одна­ко труд­нее все­го, пожа­луй, предот­вра­тить имен­но мас­со­вые рас­стре­лы. В таких слу­ча­ях убий­цы дей­ству­ют в оди­ноч­ку — зара­нее гото­вят ору­жие, а порой и взрыв­чат­ку, явля­ют­ся в пуб­лич­ное место и успе­ва­ют уне­сти мно­го жиз­ней, преж­де чем их уда­ет­ся кому-то остановить.

В отдель­ных слу­ча­ях такие пре­ступ­ле­ния совер­ша­ют экс­тре­ми­сты — ради­ка­лы, объ­яв­ля­ю­щие сво­и­ми лич­ны­ми вра­га­ми отдель­ные этни­че­ские и рели­ги­оз­ные груп­пы или пред­ста­ви­те­лей сек­су­аль­ных мень­шинств, как это было с этни­че­ским афган­цем Ома­ром Мати­ном, рас­стре­ляв­шим гей-клуб в 2016-м. Такие при­чи­ны, наря­ду с пси­хи­че­ски­ми откло­не­ни­я­ми, встре­ча­ют­ся доволь­но часто — одна­ко в основ­ном кор­ни мас­со­вых убийств нахо­дят­ся в соци­аль­ных про­цес­сах: чаще все­го стрел­ки по той или иной при­чине зата­и­ва­ют зло­бу на окружающих.

Мас­со­вые шутин­ги, целя­ми кото­рых часто ста­но­вят­ся шко­лы, состав­ля­ют лишь малую долю всех смер­тей от огне­стре­ла в США. Одна­ко такие слу­чаи шоки­ру­ют силь­нее все­го, ведь в них регу­ляр­но гиб­нут дети.

Мода на убийства

В декаб­ре 2012 года 20-лет­ний Адам Питер Лэн­за из Ньюта­у­на, штат Кон­нек­ти­кут, застре­лил свою мать и явил­ся с полу­ав­то­ма­ти­че­ской вин­тов­кой в шко­лу в рай­оне Сэн­ди-Хук. Он убил два­дцать детей и шесте­рых взрос­лых работ­ни­ков шко­лы, после чего покон­чил с собой.

Это шоки­ру­ю­щее собы­тие при­ве­ло к пара­ду госу­дар­ствен­ных мер: одни шта­ты ста­ли уже­сто­чать меры по кон­тро­лю за ору­жи­ем, дру­гие, в соот­вет­ствии с пред­став­ле­ни­ем об этом рес­пуб­ли­кан­цев, — напро­тив, ослаб­лять кон­троль. Госу­дар­ство выде­ли­ло допол­ни­тель­ные сред­ства на про­грам­мы, посвя­щен­ные мен­таль­но­му здо­ро­вью и забо­те о подростках.

Слож­но ска­зать, в какой сте­пе­ни это помог­ло предот­вра­тить новые слу­чаи. Так или ина­че, бой­ню в «Сэн­ди-Хук» сей­час видят точ­кой отсче­та, после кото­рой подоб­ных тра­ге­дий — рас­стре­лов, в резуль­та­те кото­рых погиб­ло четы­ре чело­ве­ка или более, — ста­ло гораз­до больше.

До мас­со­во­го убий­ства в шко­ле «Сэн­ди-Хук» такие инци­ден­ты слу­ча­лись в сред­нем один раз в 200 дней, после — в сред­нем каж­дые 64 дня

 

 

0

Автор пуб­ли­ка­ции

не в сети 2 недели

Канат Асан­ка­дыр

3,2
АДВО­КАТ
Ком­мен­та­рии: 0Пуб­ли­ка­ции: 76Реги­стра­ция: 06-03-2019