01.01.2023 г. сле­до­ва­тель След­ствен­ной служ­бы МВД Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки Джа­пе­ков У.Д. при­сво­ил огра­ни­чи­тель­ный гриф сек­рет­но­сти – «СЕК­РЕТ­НО» уго­лов­но­му делу №03-050-2022-000547, воз­буж­ден­но­му в отно­ше­нии акти­ви­стов — защит­ни­ков Кем­пир-Абад­ско­го водо­хра­ни­ли­ща, обос­но­вав тем, что  дан­ное пре­ступ­ле­ние  тяж­кое и име­ет­ся  повы­шен­ная ответ­ствен­ность, кото­рое отно­сит­ся к пре­ступ­ле­ни­ям про­тив кон­сти­ту­ци­он­но­го строя и без­опас­но­сти госу­дар­ства, пося­га­ет на осно­вы без­опас­но­сти лич­но­сти, обще­ства и  госу­дар­ства, эти све­де­ния могут иметь место  слу­жеб­ной тай­ны, в свя­зи с чем он посчи­тал необ­хо­ди­мым   нало­жить на мате­ри­а­лы уго­лов­но­го дела гриф секретности.

​В дан­ном слу­чае сто­ро­ну защи­ты воз­му­ща­ет то, что предъ­яв­лен­ное  акти­ви­стам дея­ние, преду­смот­рен­ное ста­тьёй 36, частью 1 ста­тьи 278 УК КР (под­го­тов­ка к мас­со­вым бес­по­ряд­кам) отно­сит­ся к пре­ступ­ле­ни­ям про­тив обще­ствен­но­го поряд­ка, так как дан­ная ста­тья про­пи­са­на в Гла­ве 35 УК КР и отно­сит­ся к  пре­ступ­ле­ни­ям про­тив обще­ствен­но­го поряд­ка, а сле­до­ва­тель Джа­пе­ков У.Д. опи­сы­ва­ет в сво­ём поста­нов­ле­нии, что дан­ное дея­ние отно­сит­ся к пре­ступ­ле­ни­ям про­тив основ кон­сти­ту­ци­он­но­го строя, то есть он ссы­ла­ет­ся на Гла­ву 41 УК КР, где рас­по­ла­га­ют­ся такие ста­тьи, как: госу­дар­ствен­ная изме­на,  шпи­о­наж, дивер­сия и т.д., то есть сле­до­ва­тель вышел за пре­де­лы предъ­яв­лен­но­го обвинения.

​Так, соглас­но части 1 ста­тьи 1 Зако­на Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки «О защи­те госу­дар­ствен­ных сек­ре­тов Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки» от 15 декаб­ря 2017 года № 210 (15) госу­дар­ствен­ные сек­ре­ты — инфор­ма­ция, хра­ня­ща­я­ся и пере­ме­ща­е­мая любы­ми вида­ми носи­те­лей, затра­ги­ва­ю­щая обо­ро­но­спо­соб­ность, без­опас­ность, эко­но­ми­че­ские, науч­но-тех­ни­че­ские и поли­ти­че­ские инте­ре­сы Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки, под­кон­троль­ная госу­дар­ству и огра­ни­чи­ва­е­мая спе­ци­аль­ны­ми переч­ня­ми и пра­ви­ла­ми, раз­ра­бо­тан­ны­ми в соот­вет­ствии с насто­я­щим Зако­ном и дру­ги­ми нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Кыр­гыз­ской Республики.

​В про­цес­се озна­ком­ле­ния с поста­нов­ле­ни­ем о при­вле­че­нии лица в каче­стве обви­ня­е­мо­го защи­той не были обна­ру­же­ны обсто­я­тель­ства, кото­рые мог­ли бы повлечь за собой какие-либо тяж­кие послед­ствия для обо­ро­но­спо­соб­но­сти, без­опас­но­сти и поли­ти­че­ским инте­ре­сам Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки, так как все изло­жен­ные в мате­ри­а­лах дела обсто­я­тель­ства явля­ют­ся обще­из­вест­ны­ми, были раз­гла­ше­ны в сред­ствах мас­со­вой инфор­ма­ции самим след­ствен­ным орга­ном ещё в момент воз­буж­де­ния уго­лов­но­го дела.

Соглас­но Зако­ну Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки «О защи­те госу­дар­ствен­ных сек­ре­тов Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки», поря­док уста­нов­ле­ния огра­ни­чи­тель­ных гри­фов сек­рет­но­сти на инфор­ма­цию опре­де­ля­ет­ся Пра­ви­тель­ством Кыр­гыз­ской Республики.

Обсто­я­тель­ства опи­сан­ные в предъ­яв­лен­ном фигу­ран­там дела уго­лов­но-нака­зу­е­мом дея­нии, не зна­чат­ся ни в перечне све­де­ний, не под­ле­жа­щих пуб­лич­но­му рас­про­стра­не­нию, утвер­ждён­но­му поста­нов­ле­ни­ем Пра­ви­тель­ства Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки от 4 фев­ра­ля 1997 года №55/2, ни в Поста­нов­ле­нии Пра­ви­тель­ства Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки от 7 июля 1995 года №267/9 «Об утвер­жде­нии Переч­ня глав­ней­ших све­де­ний, состав­ля­ю­щих госу­дар­ствен­ную тай­ну, и в Поло­же­нии о поряд­ке уста­нов­ле­ния сте­пе­ни сек­рет­но­сти кате­го­рий све­де­ний и опре­де­ле­ния сте­пе­ни сек­рет­но­сти све­де­ний, содер­жа­щих­ся в рабо­тах, доку­мен­тах и изде­ли­ях».  Более того,  в ходе про­ве­де­ния след­ствен­ных меро­при­я­тий сле­до­ва­тель Джа­пе­ков У. вру­чал сто­ро­нам защи­ты про­цес­су­аль­ные доку­мен­ты, а имен­но: про­то­ко­ла допро­сов, вслед­ствие чего, все, яко­бы, сек­рет­ные дан­ные уже были рас­про­стра­не­ны самим же сле­до­ва­те­лем еще в октяб­ре меся­це 2022 года. Судеб­ные засе­да­ния про­хо­ди­ли в глас­ном режи­ме, сле­до­ва­тель Джа­пе­ков У., даже не ото­брал под­пис­ку о нераз­гла­ше­нии дан­ных следствия.

В свя­зи с этим сто­ро­на защи­ты счи­та­ет, что, если в мате­ри­а­лах уго­лов­но­го дела име­ют­ся нор­ма­тив­но-пра­во­вые акты каса­тель­но слу­жеб­ных пол­но­мо­чий, как ука­за­но в поста­нов­ле­нии, кото­рые не под­ле­жат рас­про­стра­не­нию, то сле­до­ва­тель может огра­ни­чить­ся запе­ча­ты­ва­ни­ем дан­но­го доку­мен­та в кон­верт со ста­ту­сом гри­фа секретности.

​В соот­вет­ствии со ста­тьёй 100 Кон­сти­ту­ции Кыр­гыз­ской Рес­пуб­ли­ки «Раз­би­ра­тель­ство дел во всех судах осу­ществ­ля­ет­ся откры­то. Слу­ша­ние дела в закры­том засе­да­нии допус­ка­ет­ся лишь в слу­ча­ях, преду­смот­рен­ных зако­ном. Реше­ние суда объ­яв­ля­ет­ся пуб­лич­но», а как было пере­чис­ле­но выше, зако­ном не преду­смот­ре­но засек­ре­чи­ва­ние, тако­го рода уго­лов­ных дел.

 

 

Адво­кат Чина­ра Джакупбекова

07.02.2023 года